?

Log in

No account? Create an account

rauf


Блог Алиева Рауфа

О жизни и о себе


про Винни-пуха
rauf
Нарушения связности и искривление пространственно-временного континуума в мультфильме «Винни-Пух». Фундаментальный научный труд.

При поддержке Минкультуры выпущен отличный мультик «Дополнительные возможности Пятачка» (режиссер Иван Максимов, его ЖЖ). Представляю себе, в каком восторге в минкультуры были от сценария, когда решался вопрос о поддержке.



Есть еще более капитальный труд Руднева и Михайловой, «Винни пух и философия обыденного языка», где представлен не только глубокий психо-семантический анализ этого шедеврального произведения, но и самый точный его лингвистический перевод.

Персонажи ВП живут, на первый взгляд, крайне безобидной инфантильной
жизнью в лесу: пьют чай, обедают, ходят в гости, лазят на деревья, собирают
шишки и желуди, сажают цветы, пишут стихи, посылают друг другу послания,
охотятся за воображаемыми лютыми животными и при этом постоянно
разговаривают. Между тем и благодаря этому подобно внешне безобидному и
безоблачному детству (а ведь в ВП изображен мир детства -- с этим никто не
станет спорить), которое проникнуто, как показал психоанализ, напряженной
сексуальной жизнью, весь текст ВП проникнут изображением детской
сексуальности.

Вспомним,
какую большую роль в ВП играют вымы шленные, виртуальные
животные-монстры: Woozle, Heffalump (Слонопотам), Busy Backson (Щасвирнус), Jagular (оказавшийся Тиггером).
То, что эти вымышлен ные животные имеют агрессивный характер, что они полны, по
словам Поросенка, Враждебных Намерений, не вызывает сомнений. Ниже мы покажем,
что они име ют сексуальный, анально-фаллический характер.


Там же можно почитать про перинатальный опыт...

еще из «Введения в прагмасемантику «Винни-пуха» Руднева:
"Структуру "Винни-Пуха" определяет одна из наиболее универсальных архаических мифологем — мировое древо, воплощающее собой архаический космос… С деревом связан ряд конкретных сюжетов ВП: на дереве Пух спасается от наводнения (Потопа, которым заканчивается первая книга); с дерева Кристофер Робин наблюдает за происходящим; на дерево лезут друзья-и-родственники Кролика, чтобы обозревать с него самые важные события; дерево служит символом открытого Северного Полюса; на дерево лезет Тиггер с Бэби Ру на спине, чтобы доказать свою жизненную (и сексуальную, как мы увидим ниже) силу; дерево-дом Сыча падает от бури в конце второй книги, что служит символом разрушения архаического мира и ухода Кристофера Робина в большой мир; образованный деревьями круг (Гелеоново Лоно) в финале "Винни-Пуха" олицетворяет вечность и неразрушимость мира детства".

"…Итак, Heffalump (Слонопотама в пер. Б. Заходера — С.К.) — это нечто огромное, набухшее, набрякшее, короче говоря, это фаллос. Подтверждает ли текст "Винни-Пуха" эту интерпретацию? Мысль поймать Heffalump'a завладевает Пухом и Поросенком всецело. Они решают вырыть яму (ср. ниже о норе как синониме вульвы и пролезании в нору как субституции полового акта и рождения), чтобы Heffalump угодил в нее. Пух и Поросенок символически разыгрывают здесь половой акт. Отношения между ними латентно сексуальные, они все время падают друг на друга. Пух — активное, мужское начало, Поросенок — очень маленькое и слабое, трусливое животное, полностью лишенное мужских признаков… По сути, Piglet — хрюшка, Хрюша —это недоразвившаяся девочка. Индикатором сексуальности Пуха выступает мед, при упоминании о котором (в Западню решили положить мед для привлечения Heffalump'a) Пух впадает в состояние, близкое к сексуальной ажитации…".

"В сущности, Пух — это Пушкин. Синтонный темперамент великого русского поэта не раз подвергался психологическому исследованию, а место Пуха и его поэзии в Лесу соответствует месту Пушкина как солнца русской поэзии в нашей культуре...".


Есть еще книжка «Дао Пуха» Бенжамина Хоффа.

О божественной природе Винни-пуха
rauf
В продолжение истории про Винни-пуха: О божественной природе Винни-пуха

хаосизмы
rauf
— Мне было плохо. Он мой друг. Он подставил плечо.
— Мне порой тоже подставляли плечо. но так что бы язык выпал другу в рот — никогда!

седьмой эпизод пятого сезона..

Wilson: Everything else good?
Cuddy: Everything involving me kissing House is good oh God you dragged it out of me you're a genius. It's no big deal. I was feeling vulnerable, he's a friend, and I leaned on him.
Wilson: Its funny, I've leaned on friends in the past, never leaned so far my tongue fell into their mouths.
Cuddy: I don't think of House that way. I never have.
Wilson: Why not?
Cuddy: Well you know exactly how that would go: it'd start off exciting, we'd get caught up in the novelty and the hostility and the forbiddenness, and then we'd realise that the flirty hostility is just hostility, and his inability to open up is no longer exciting, it's just frustrating, and then it's the inevitable blow up and the recriminations, and we don't talk for two months.
Wilson: Yeah. Well, that certainly proves you've never thought about House in that way.
Cuddy: I get your point. I will be more careful with my tongue in the future.
Wilson: That's not my point. Maybe novelty and hostility and forbiddenness doesn't have to end bad.